Главная | Что сближает право и мораль

Что сближает право и мораль

Сложность и неоднородность морали обнаруживается в разных способах ее существования. Во-первых, она обнаруживается как ценности и представления, выражающие возвышенный и безусловный идеал добра; во-вторых, как ценности жизни человека и самоопределения личности; в-третьих, как ценности и представления сообщества1.

Отмеченные различия должны учитываться при выработке практических решений. Одно дело — нравственные призывы к личности и совершенно другое — решение проблем смертной казни, вообще наказания и его исполнения, распределения социальных благ и использования общественных доходов, отношения к культурному наследству народа и к религиозным конфессиям.

Удивительно, но факт! Поэтому свои позиции относительно понимания права и определения сущностных характеристик морали ограничим минимумом необходимым для анализа предмета данного параграфа.

В литературе выделяются два основных подхода к пониманию морали: Черняк, — под моралью обычно подразумевают одно из двух или оба вместе: Нормативный подход настаивает на универсальности морали, нормам и принципам которой должен подчиняться любой разумный человек, вызывая к жизни аналогичный вопрос об основаниях универсальности и дополнительно — о практической реализации такой морали в жизни разнообразных культур, цивилизаций, социальных общностей и групп.

В дескриптивном подходе на первое место выходит проблема несоизмеримости норм и принципов, фактически руководящих поведением людей в разных социокультурных системах, социальных группах и общностях.

Различный смысл, вкладываемый в понятие морали, фиксирует Р. Апресян1, прослеживающий показатели водораздела между индивидуальной и общественной моралью, или, по нашему мнению, между моралью и нравственностью. В реальной действительности мораль и нравственность переплетены, взаимодействуют друг с другом, но есть необходимость четко дифференцировать их по субъектам и механизмам действия.

Субъектом морали выступает индивид, самоопределяющийся в качестве члена общества, ответственного за него, выполняющего свой долг безотносительно к своей или иной социально-групповой определенности. Моральное сознание включено во внутреннюю мотивацию поведения человека, оно связано с такими категориями, как милосердие, искренность, скромность, подлость, лицемерие, не имеющими прямого юридического смысла.

Неинституциональность норм морали связана с отсутствием публичного механизма их воплощения в жизнь, с оценкой, вырабатываемой в принципе вне каких-либо официальных институтов. Возникая спонтанно из межличностной солидарности, моральные нормы в своем действии опираются на силу самопринуждения, на совесть как способность подчинять свое поведение безусловным требованиям следования долгу.

Удивительно, но факт! Различный смысл, вкладываемый в понятие морали, фиксирует Р.

Канту, моральный закон предстает перед человеком как долженствование, категорический императив: Мораль представляет собой систему общезначимых норм, задающих универсальную связь между людьми, и существует в виде идеальных норм, эталонов поведения.

В морали совпадают индивид и род, человек и человечество, мораль принципиально неутилитарна.

Похожие задачи

Субъектом нравственности является социальная группа, общность, отдельное общество, определяющие характер поведения как индивида, так и коллективной целостности. Нравственность выражена обычаем, традицией, вековой привычкой, человек включен непосредственно в практические формы поведения.

Удивительно, но факт! Конечно, проблема соотношения морали и права не сводится к постановке вопроса об отражении нормами права моральных установок общества.

Представления о добре и зле, совести и справедливости, стыде, честности и т. Сегодня по-иному ставится и решается вопрос о соотношении институциональности права и неинституциональности нравственности общественной морали. На фоне многообразного опыта корпоративной этики, практик этического кодифицирования профессиональной деятельности и т.

Санкции, или дисциплинарные технологии нравственности, выражаются, прежде всего, общественным мнением. Их действенность укладывается в диапазон от ничтожности до крайней жесткости — в зависимости от характера социальной общности группы , степени ориентированности индивида на ее приоритетные ценности и ценности смежных социальных групп. В норме это состояние латентно и преходяще, отклонения могут приводить на скамью подсудимых.

Удивительно, но факт! Примером может служить оценка общественным сознанием поведения, нарушающего нормы права и морали воровать не только противоправно, но и аморально.

Словом, нравственность как реальные нравы существует в качестве привычных форм общественного поведения, закрепляет меру человечности применительно к различным социальным группам городские и сельские, мужские и женские, молодежные, врачебные и т. Институциональность же норм права заключается в их формальной определенности высшим авторитетом публичной власти, охране и поддержке силой влияния соответствующих органов этого авторитета. Если мораль регулирует межличностные отношения, если нравственность поддерживает социально-групповые нормы, то возникновение права связано с регуляцией деятельности людей, определяемой их социальным положением и вытекающими отсюда специфическими интересами в государственно-организованном обществе.

Возникновение и развитие цивилизации утверждает формы жизнедеятельности эгоистического индивида. Суверенный, независимый индивид, преследующий свои цели, утверждающий свою самость, уже этим одним вступает в противоречие, конкуренцию с другими, столь же самостоятельными и неповторимыми личностями.

Самые новые вопросы

Даже равные возможности, условия и правила соревнования, соперничества будут неизбежно приводить к различным результатам — появлению выигравших и проигравших, неодинаковой мере успеха. Кроме того, принудительный характер нравственных норм, формирующих и воспроизводящих личность в определенной социальной среде, обусловливает существование таких отрицательных эгоистических мотивов, как жадность, зависть, честолюбие и т.

Эгоизм может быть не только индивидуальным, но и корпоративно-групповым семейным, этническим, классовым, национальным. Подчеркнем, эгоизму нельзя презюмировать заведомо злую природу: Мораль не в состоянии эффективно регулировать многочисленные и конкурирующие притязания индивидов на материальные, духовные и иные ценности, позволяющие нормально существовать в данных конкретно-исторических условиях.

Такого рода притязания есть не что иное, как социальные потребности и интересы, приобретающие правовой характер. В классово дифференцированном обществе, отмечает Л. Мамут, отношения права и заключенные в них социальные притязания нуждаются в регуляции со стороны государства. Другой вопрос, — в какой мере национальное законодательство основано на традиционных нравственных ценностях общества и насколько правоприменительная практика соответствует им, а не обслуживает правящий класс.

решение вопроса

Так, к примеру, правосознание немыслимо без реального действия таких принципов и норм, как уважение достоинства других людей, чувство личной ответственности за свои поступки, признание необходимости учитывать интересы других людей, уверенность в том, что свобода всех людей невозможна без свободы каждого человека, и наоборот. Аналогично не являются подвигом самоотречения требования добросовестного исполнения долговых обязательств, воздержания от убийства или разбоя.

Вообще прочность любого нормативного регулирования прямо зависит от превращения норм в личные убеждения человека, в данном случае — во внутреннее моральное требование законопослушного поведения. Для понимания диалектики права и морали полезно различение И.

Радбрух исходит из большого числа примеров как влияния внутреннего поведения на правовое регулирование определенного внешнего поведения форма вины, добросовестность , так и вызова правовых последствий внутренним поведением. Поэтому нельзя говорить, что право опосредствует лишь внешние действия. Тем не менее, внутреннее моральное поведение попадает в сферу действия права лишь в той мере, в какой проявляется в легальном поведении.

Тем самым правовое регулирование оставляет известный простор, пространство для неморальных поступков. Ключ для решения этой проблемы — в законодательном признании за каждым человеком его моральной и интеллектуальной независимости, способности самостоятельно выбирать цели, средства деятельности, характер поведения и т.

Пресекая наиболее опасные формы зла, право одновременно стоит на страже добровольного выбора добра. Право позволяет людям делать свободный выбор между добром и злом, по мнению Вл. Нравственные представления о принципах права способны подменить право разнообразными и противоречивыми представлениями о добре и зле, справедливом и несправедливом. Скажем, абстрактное нравственное требование бескомпромиссности в борьбе с преступностью противоречит как принципу дифференциации и индивидуализации ответственности за правонарушение, так и политическому качеству права.

В последнем случае имеется в виду регуляция правом как составная часть внутренней политики страны, стремящейся найти разумный компромисс между интересами личности, группы и общества в целом.

Законодательство, возводящее нравственные принципы в ранг права, приводит к тому, что преступление как нравственное понятие становится поводом для карательной репрессии против всего общества, развращающей его сверху донизу.

Удивительно, но факт! Почему необходимо различать моральное и легальное поведение?

В этом случае наказанию подлежит не только уличенное и доказанное преступное действие, но сам образ мыслей, внутреннее намерение. По меткому сравнению Э. Выступая в качестве абсолютных пределов пространства человеческой культуры, выход за которые влечет неизбежное ее саморазрушение, она оказывается чрезвычайно уязвимой в относительных групповых, этнических, индивидуальных формах своего существования.

Другие вопросы из категории

Другими словами, любая объективация морали оказывается ее неизбежным искажением, укладывающимся в диапазон между ее полным отрицанием, цинизмом и вседозволенностью на основании относительности любого морального высказывания и моральной демагогией, присвоением права говорить от имени морали на основании неизбежности нравственных оценок. Моральная демагогия обнаруживает себя в перегруженности высказываний моральными терминами и оценками, в присвоении права выносить моральный вердикт, неявно предполагающий собственную непогрешимость.

Здесь истоки ханжества, фарисейства, лицемерия. Развитые моральные системы решают эту проблему выдвижением важного нормативного требования, подкрепленного, как правило, религиозным обоснованием — не судите других!

Ценностные основания права исключают попытки принудительного совершенствования и осчастливления людей. Естественно, что апелляция к метафизическим ценностям вера в Бога и к совести не могут решить проблему необходимости справедливого суда, правосудия. Сказанное выше не означает какого-либо противопоставления, разрыва права и морали, несостоятельного ни с теоретической, ни с практической точки зрения. Законодательство, игнорирующее или слабо учитывающее моральные нормы, приводит к той же деградации общества, что и моралистическая законность.

Это означает, прежде всего, то, что чем выше уровень нравственной зрелости человека, тем выше уровень его настоящих и будущих правовых воззрений и действий; во-вторых, сам характер действующего законодательства должен стремиться к органическому единству права и морали, не растворяющему их друг в друге и не противопоставляющему друг другу. В этом плане трудно переоценить роль права в утверждении моральных ценностей.

Скажем, по сути своей право призвано подкреплять такую моральную ценность цивилизации, как справедливость. Статья ГК РФ устанавливает недействительность сделки с целью, противной основам правопорядка и нравственности. Более того, право на честь и достоинство понятия, имеющие моральное содержание и охрана этого права в действующем законодательстве возведены в ранг конституционного принципа — статья 40 Конституции РФ устанавливает: Большинство норм уголовного права содержат запреты и определяют санкции к нарушителям этих запретов по отношению к социально опасным действиям, противоречащим моральным ценностям.

Практически каждая норма семейного права возводит нравственные нормы в ранг закона, стремясь тем самым к укреплению семьи. Человек, повинуясь своим нравственным убеждениям, самостоятельно совершает выбор поступка, в том числе и антиобщественного.

Правовая же норма, как правило, стремится к максимальной точности в указании действий, которые должны быть совершены или от которых необходимо воздержаться.

Что сближает право и мораль

Подчеркнем в заключение, что будет ошибочным переводить отмеченные характеристики единства права и морали на уровень практической юриспруденции.

Духу права и букве закона противоречит применение юридических норм непосредственно в зависимости от моральных принципов и критериев. Последние имеют отношение к праву в той мере, в какой присутствуют в нормах права, политически введены в правовую систему. Поэтому неверно, что право не обременяет себя различением добра и зла, а лишь определяет границы сталкивающихся интересов, права и обязанности субъектов правового общения.

Если законодательство равнодушно к морально-нравственным убеждениям общества, то закон перестают уважать. Аналогично, торжеству правосудия и закона отнюдь не противоречит человечность юристов. Контрольные вопросы к теме 8 Как взаимосвязаны право, мораль и нравственность?

Почему необходимо различать моральное и легальное поведение? Какие противоречия возникают между правом и моралью? В какой мере юрист в своей профессиональной деятельности руководствуется нормами морали и нравственности?



Читайте также:

  • Выезд несовершеннолетнего ребенка за границу свидетельство о рождении
  • Статья ук рф мошенничества
  • Статья за преследования свидетеля